ИЛЬЯ ЕФИМОВ. "Наши художники" поселились в Борках. НА РУБЛЕВКЕ #7(104), 10 Марта 2005

 

- Наталья, у вашей галереи есть куратор?

- Когда только начинаешь, куратор необходим. Поэтому логично, что галерея "Стелла" взяла куратора. Но у меня за плечами десять лет работы в этом бизнесе и две выставки в Третьяковке - опыта достаточно. Сама идея создания галереи возникла из желания проводить собственные выставки. Работать с Третьяковкой, конечно, очень хорошо, но интересно делать и самостоятельные проекты. Пространство моей галереи позволяет проводить и небольшие выставки в отдельных залах, и выставки, занимающие все помещение. Думаю, две-три в год мы обязательно будем открывать. Галерея спроектирована с учетом музейных требований. Здесь очень хорошее оборудование. Профессиональное освещение. Такое же в Русском музее, Эрмитаже, музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.

- Вы руководствовались чьим-то опытом при строительстве галереи?

- Во Франции и Англии я посетила много частных галерей, но их опытом не воспользовалась. Мне кажется, у меня получилось лучше. Здесь пространство и оборудование позволяют грамотно подать вещи и логично выстроить экспозицию. Если говорить о том, у кого можно поучиться дизайну экспозиционных площадей, то, конечно, это международные ярмарки современного искусства. Оформить галерею в Борках мне помогла дизайнер Катя Федорченко

- С какими художниками вы работаете?

-- Что касается идей выставок, то я исхожу из собственных возможностей, своего материала и связей с коллекционерами. Мой конек, моя марка - художники русской эмиграции, особенно французской. В России есть еще пара галерей, которые интересуются этой темой, но качество моих вещей лучше и количество работ в моей галерее больше. В 2006 году Русский музей будет делать первую персональную выставку Андрея Ланского в Пушкинском и Русском музеях, и мне предложили в ней участвовать. Но в галерейной работе ограничиваться только художниками русской эмиграции не хочу. В коллекции есть работы Кончаловского, Фалька, Машкова, есть раздел шестидесятников, все работы которых получены от них самих. Что касается современной живописи, наверное, кроме Вячеслава Михайлова я для себя пока не вижу другого художника. Его творчество - логическое продолжение традиций классической абстракции середины ХХ века. Я практически не работаю с картинами мастеров XIX века, только иногда - по просьбе кого-то из клиентов.

- Галерейная работа всегда была тесно связана с меценатством и благотворительностью. У вас есть подобные проекты?

- Частная галерея - прежде всего коммерческое предприятие. Работа галереи может быть полезна обществу, когда она проводит выставки малоизвестных мастеров и знакомит публику с их творчеством, возвращает забытые имена. Я также никогда не отказываю в предоставлении своих работ для выставок, часто об этом договариваюсь с коллекционерами. Можно рассматривать как меценатство мою помощь эксперту Третьяковской галереи Владимиру Петрову в издании книги о творчестве Василия Перова. Просто мне и моим коллегам хотелось поддержать талантливого эксперта.

- Почему западные галеристы боятся заниматься этим бизнесом в России?

- Аукционные дома и галереи рвутся на наш рынок. Они уже давно ищут повода сюда проникнуть, обрасти клиентами и начать зарабатывать деньги. Такой возможности наше государство пока не дает. Режим ввоза-вывоза картин до сих пор ограничен. Когда проходил Международный антикварный салон в Галерее Церетели на Пречистенке - приехали многие известные западные галеристы. Но все работы, которые они привезли, должны быть вывезены из страны по таможенным условиям. Абсурдно, но если покупатель собирался что-то приобрести на Салоне, он вынужден ждать, пока предмет вывезут из страны, купить его там, а затем ввезти сюда снова.

- Как вы относитесь к первому благотворительному аукциону Christie " s , который состоится в Москве в апреле?

- Благотворительность Christie " s я приветствую, но считаю, что прежде всего это способ проникнуть на российский рынок. А благотворительный характер аукциона - пиаровская акция. Christie " s - коммерческая структура, работающая в условиях жесткой конкуренции. Завоевание новых рынков - важнейшая вещь в стратегии. Во Франции, например, Christie " s и Sotheby " s давно пытаются проникнуть на рынок. Французы защищают собственных галеристов и собственные аукционные дома. Их много, но они все мелкие. И тягаться с такими гигантами, как Christie " s или Sotheby " s , они не в состоянии. Поэтому Франция ограничивает проникновение на внутренний рынок международных гигантов, охраняя интересы своих торговцев искусством. И в России эти аукционные дома уже не первый раз предпринимают попытки развить деятельность.

- В канун крупнейших аукционов - Sotheby " s и Christie " s - английские газеты стращали сограждан грядущим нашествием российских богатеев. За последние годы число россиян, участвующих в торгах, увеличилось?

- Русская волна, несомненно, есть. Вообще в ХХ веке основными покупателями искусства в Европе были американцы. Теперь стали заметны и русские. В последние десятилетия американцы стали уходить с европейского рынка в связи с переориентацией на собственное современное искусство. А русского покупателя почувствовали антиквары, занимающиеся мебелью, коврами, прикладным исскуством. Однако в последнее время высокий курс евро к доллару тормозит покупки русских. Что касается живописи, то русские тяготеют к русскому. Охота за национальной живописью, предложение которой весьма ограничено, наблюдается повсеместно на западных аукционах.

- Зарубежная пресса не очень ласкова с нашими коллекционерами: одна американская газета назвала приехавших "стадом русских коллекционеров".

- Культура тратить деньги приходит очень быстро. Собиратели в России становятся более грамотными. Серьезное искусство можно покупать только за большие деньги. Люди, добившиеся чего-то в бизнесе, серьезно подходят и к коллекционированию. Они начинают читать, ходить в музеи, на выставки. Коллекционирование - это как наркотик. Если вы уже начали покупать, то остановиться невозможно. Есть категория людей, которая преследует интерьерные задачи, но их коллекционерами не назовешь. Что касается тех, кто рассматривает искусство как средство инвестиций, то и такие у нас есть. Но, как правило, эти люди не чужды любви к искусству. Русский рынок очень пестрый, и редко кто будет биться до последнего за "Бубновый валет". Тяга русских собирателей к художникам из учебников пока непреодолима: Айвазовский, Саврасов, Шишкин, Левитан. Но востребовано и среднее звено русских художников XIX в., которые даже по сравнению со средними западными художниками выглядят очень бледно, а продаются по высоким ценам. Покупка такого класса работ за такие деньги ошарашивает любого грамотного западного галериста. Крыжицкие, Мещерские и прочие - художники, может быть, и хорошие, и профессиональные, но переплачивать за них - абсурд. Может быть, это со временем пройдет, наш коллекционер научится отличать зерна от плевел, и это изменит структуру рынка.

- Шагают ли наши новые русские семимильными шагами в цивилизацию или этот процесс идет медленнее, чем хотелось бы?

- Шаг в цивилизацию - это шаг навстречу абстракции. Если сравнивать нашего коллекционера с американским, то разница огромна. Она и в предмете коллекционирования, и в размере вложений. За 70 лет процветания соцреализма при советской власти у нас немногие были способны воспринимать сложное искусство. Небольшую нишу занимали шестидесятники, все беспредметное искусство отрицалось. А ведь абстракция - по-своему очень красива, до нее нужно дорасти. Местный рынок современного искусства, конечно, убогий, но это уже рынок. У нас есть небольшое число собирателей, которые искренне увлекаются авангардом и супрематизмом. Есть группа людей, которые собирают беспредметное современное искусство, но пока их мало.

- Как уберечься от подделок?

- В последние несколько лет цены растут, и, как следствие, рынок бурно наполняется фальшивками. Если вы только начинаете, лучше взять консультанта или эксперта-музейщика, однако надо понимать, что эксперт занимается только одним направлением, определенной группой художников. Второй вариант - работать с галеристом. Рынок устроен таким образом, что серьезные коллекционеры выбирают тех галеристов, дилеров, на которых могут положиться в вопросах качества и подлинности вещей.

- Работы малоизвестных мастеров растут в цене?

- Малоизвестные имена растут в цене, если их продвигать. В этом и есть работа галереи: возбуждать у публики интерес к пока еще нераскрученным талантливым художникам.

- Вы начинали собирать коллекцию вместе с мужем. Сейчас он участвует в жизни галереи? Он партнер или только ценный советчик?

- Муж непосредственно моим бизнесом не занимается. Он увлекается искусством, ходит на все выставки вместе со мной. Первый капитал я получила от него. Если мне нужна независимая оценка, взгляд со стороны, то я всегда советуюсь с ним. В создании этой галереи он тоже мне очень помог, и не только советом.

- Выбор места в Борках не был случаен?

- Вообще я несколько лет живу в Борках. Но дело не только в этом. Здесь, на Рублевке, живут люди, которым искусство интересно с разных точек зрения. Имеются в виду не только покупатели, но и ценители. Например, на Николиной Горе, в поселке - мы его называем ХЛАМ (художники, литераторы, артисты и музыканты) живут деятели искусства. Многие из них уже отметили стильную архитектуру здания, которое проектировал известный архитектор Евгений Асс. Наши соседи были первыми посетителями.

- Вы читали нашумевшую книгу Оксаны Робски Casual о женах Рублевки? Кто они - жены Рублевки? Это жены ваших клиентов или ваши клиенты?

- Времени мало, чтобы читать такие романы. В последние годы я читаю только специальную литературу. Я не представляла себе, что есть понятие "жены Рублевки" до тех пор, пока вы не спросили. Мои основные клиенты - мужчины, и я дружу с их женами, если отношения складываются естественным образом. Но я не очень светский человек - на тусовки не хватает времени.

- Где вы любите бывать на Рублевке? Каков круг "заведений"?

- В Москве мне нравится ресторан "Ваниль". Там отличная кухня и хороший интерьер. На Рублевке летом очень приятно бывать в "Причале", на "Веранде" ("Дача"). Когда приезжают иностранцы, то за русской экзотикой идем в "Царскую охоту". Но гораздо чаще мы принимаем у себя гостей. Еще одну значительную часть моей жизни занимает спорт. Горные и водные лыжи, которыми я занимаюсь в клубе "Альфа", теннис на кортах в Жуковке, виндсерфинг - этими игровыми и скоростными видами спорта мы занимаемся всей семьей, и я, и муж, и даже - с нами на равных и с удовольствием - наш 12-летний ребенок.

- Кто архитектор вашего дома?

- Мой дом был построен в середине 90-х, в стиле того времени. Большой дом из красного кирпича. Если бы я строила его сейчас, конечно, он выглядел бы совсем иначе. Но внутри, в отличие от галереи, где нет ни одной лишней детали, в моем доме все очень уютно. Много красивых вещей, картин. Старый камин с лепниной, привезенный из Петербурга, антикварная мебель. Перед камином ковер Обюссон середины XIX века. В моем кабинете коллекционный стол из красного дерева, такие же кресла и библиотека. К сожалению, пока не могу найти пары старых фонарей, поэтому сейчас там висят обычные лампочки Ильича. А вообще, люблю ходить по антикварным салонам и что-то покупать в дом.